В августе 1992 года в Соловецком монастыре совершилось знаменательное событие: в обитель возвращена ее главная святыня – мощи основателей монастыря преподобных Зосимы, Савватия и Германа, свидетелями которого были и мы. Однажды, рассказывая об этом в Санкт-Петербурге, мы получили совет от священника о. Геннадия Украинского выяснить историю пребывания соловецкой святыни в период времени между 20-ми годами нашего столетия, когда мощи были вывезены из монастыря, и 1992 годом, когда они были возвращены обители. Зная, что довольно продолжительное время святыня эта находилась в Казанском соборе Санкт-Петербурга, в котором в советское время располагался музей истории религии и атеизма (с 1990 года – Государственный музей истории религии), мы обратились туда за помощью и познакомились с его сотрудником Сергеем Николаевичем Павловым, который охотно рассказал нам то, что знал о мощах Соловецких чудотворцев, а попутно и о других уникальных находках музея, сыгравших огромную роль в жизни Русской Православной Церкви конца ХХ века. Приводим этот рассказ на страницах. Николай и Елена
АНДРУЩЕНКО.

Обретение мощей святых
в Казанском соборе Санкт-Петербурга

Последнее обновление страницы: 28.10.2012 14:38:32

С 1989 года в Государственном музее истории религии ведется отбор и передача предметов богослужебного назначения по просьбам различных религиозных объединений и общин. К настоящему времени, прежде всего во вновь открытые храмы и монастыри Санкт-Петербургской епархии, музеем передано около 3000 богослужебных предметов. В первую очередь передаются реликвии, имеющие сугубо религиозный характер и пользующиеся особым почитанием верующих. В Православной Церкви к таким реликвиям относятся мощи святых.

Автор этих строк – убежденный сторонник полного и безусловного возвращения Церкви святых мощей, изъятых во время кощунственной кампании начала 1920-х годов и позднейших гонений на Церковь. Я был одним из инициаторов и участником всех состоявшихся передач Православной Церкви мощей, хранившихся в музее. Как известно, по православной традиции почитаются как полные мощи святых, так и частицы мощей. В музее истории религии, как и в некоторых других музеях России, долгое время хранились мощехранительные иконы и ковчеги с частицами мощей различных святых. Часть этих реликвий сейчас передана Церкви, например, мощехранительная икона св. великомученика Пантелеимона – в Санкт-Петербургское подворье Валаамского монастыря, мощехранительная икона св. Серафима Саровского – в церковь Владимирской иконы Божией Матери, мощехранительная икона свт. Петра, митрополита Московского, – в Санкт-Петербургское подворье Оптиной пустыни, мощехранительная икона свт. Патриарха Гермогена – в Троицкий собор на Измайловском проспекте. Но наибольшее значение, конечно, имело возвращение Православной Церкви полных мощей чтимых ею угодников.

Первым таким актом была передача Церкви святых мощей благоверного князя Александра Невского. От хранителя фонда православного искусства я знал, что они находятся в хранилищах музея, и по моей просьбе хранитель показал мне ковчег с мощами. Это был небольшой кипарисовый ларец с надписью на верхней крышке «Останки святых мощей благоверного князя Александра Невского. Перенесены в сей ковчег 24 июля 1917 г.» Размеры ковчега и надпись на нем соответствовали тому историческому факту, что мощи Александра Невского горели при пожаре во Владимире и уже давно именовались «останками мощей». Ящик имел две медные ручки по бокам, был перевязан веревкой и опечатан сургучной печатью. Когда я попытался выяснить, в какое время и как поступил в музей этот ковчег, оказалось, что никакой документации об этом не имеется. Здесь я впервые столкнулся с фактом, который впоследствии получил подтверждение: к хранению изъятых у Церкви мощей было особое отношение. Иконы и богослужебные предметы, находящиеся в музеях (в частности, в Музее истории религии), занесены в музейные описи; как правило, известно время и источник их поступления в музей. Что же касается мощей, то здесь правилом будет уже отсутствие этих документированных сведений, а нередко даже отсутствие упоминания о них в музейных описях, как будто их вообще нет. Я думаю, что мощей, глубоко почитаемых верующими, боялись, и существовали, очевидно, негласные инструкции соответствующих органов, чтобы как можно меньше людей знало, где они находятся. Скорее всего, мощи св. князя Александра Невского после изъятия их из Троицкого собора Александро-Невской Лавры 15 ноября 1922 года какое-то время находились в органах ОГПУ, а затем были переданы в музей. Правда, это лишь предположение, ибо, повторяю, никаких документов пока не обнаружено, а скорее всего, их просто не было сознательно. Я предложил дирекции вернуть Церкви ее великую святыню. И очевидно, Провидение решило, что время для этого уже настало, ибо через короткое время епархия обратилась в музей с просьбой дать информацию, хранятся ли в нем мощи св. Александра Невского. Мы дали положительный ответ и выразили готовность их передать.

Одновременно я предложил передать Церкви еще одну ее святыню, которая, как я выяснил, тоже находилась в фондах музея, и которую я осмотрел – святые мощи преподобных Зосимы, Савватия и Германа, Соловецких чудотворцев. Что касается их святых мощей, то здесь был редкий случай, когда имелась документация, разъясняющая, откуда и когда они поступили в музей. В 1946 году в Музей истории религии была передана большая часть фондов упраздненного так называемого Центрального антирелигиозного музея в Москве (ЦАМ). Оттуда поступили и святые мощи преподобных Зосимы, Савватия и Германа. В инвентарных книгах ЦАМа, хранящихся в Музее истории религии, отмечено, что мощи происходят из Соловецкого монастыря (акт № 401 от 19.01.40 г. ст. 27581, 27582, 27583). Где они были до поступления в ЦАМ, правда, не указано; я думаю – также в органах ОГПУ-НКВД. Мощи были упакованы в три больших бумажных свертка, где находились также кожаные туфли прп. Зосимы, остатки суконной одежды и кожа от туфель прп. Германа. Мощи прп. Германа были завернуты в воздýх и кусок голубой парчи.

В апреле 1989 года мощи св. Александра Невского и мощи прпп. Зосимы, Савватия и Германа Соловецких были одновременно предъявлены церковной комиссии во главе с митрополитом Ленинградским Алексием (с июня 1990 года – Патриархом Московским и всея Руси). В комиссию входили представители духовенства Ленинградской епархии. Вскрыв ковчег с мощами Александра Невского, комиссия обнаружила в них останки обгорелых мощей, часть схимы, в которой был похоронен благоверный князь, два атласных плата, шелковую пелену и две шелковые подушечки. Ковчег и его содержимое полностью соответствовали описаниям, содержащимся в акте об изъятии мощей в 1922 году, который находился у комиссии. Комиссия также осмотрела мощи прпп. Зосимы, Савватия и Германа Соловецких. У мощей святых угодников был совершен молебен. В июне 1989 года состоялась торжественная передача Русской Православной Церкви мощей св. благоверного князя Александра Невского, а в июне 1990 года – мощей преподобных Зосимы, Савватия и Германа Соловецких чудотворцев.

После этого я был уверен, что все полные мощи святых, хранившиеся в музее, возвращены Церкви. Однако Богу было угодно спустя некоторое время явить чудо, которым стало открытие мощей св. Серафима Саровского. Об их существовании никто в музее не подозревал. В данном случае мы имеем дело с подлинным вторым обретением мощей прп. Серафима.

Произошло это так. В начале ноября 1990 года группа научных сотрудников и реставраторов, в том числе автор этих строк, проводила в одном из хранилищ отбор предметов для передачи Церкви. И вот в дальнем углу хранилища наше внимание привлек прямоугольный предмет длиной свыше полутора метров, обшитый грубой тканью. По виду предмет напоминал деталь мебели и, очевидно, поэтому до сих пор он не привлекал внимания. Однако на этот раз проверка велась особенно тщательно, и один из сотрудников моего отдела Е. М. Лучшев предложил посмотреть, что внутри. Отпороли край ткани, и стало ясно: перед нами мощи. Через некоторое время я, в присутствии Е. М. Лучшева, провел их предварительное освидетельствование. На деревянном прямоугольном постаменте под слоем марли и ваты лежали полные мощи с сохранившимися белыми порыжевшими волосами и бородой. На голове была черная скуфья с круглой прорезью, которая, как известно, делается, чтобы верующие прикладывались к мощам. На груди покоился медный наперсный крест в серебряной оправе. На сложенных на груди руках – пóручи и белые атласные рукавички, на которых золотом было вышито «Святый отче Серафиме!» и «моли Бога о нас». Прочитав это, я понял, что мы присутствуем при одном из важнейших событий в жизни Русской Православной Церкви ХХ века – втором обретении мощей великого угодника Божия, св. Серафима Саровского. О том, что это именно так, свидетельствовал текст молитвы на рукавичках: известно, что Православная Церковь чтит только одного Серафима – Саровского. Медный крест на груди известен из жития прп. Серафима: это крест, которым благословила его мать в начале его подвижнического пути и с которым он не расставался. А в пóручах, что обнаружены были на руках прп. Серафима, и епитрахили он принимал приходивших к нему за благословением и советом посетителей.

Но, естественно, окончательное слово в вопросе идентификации св. мощей могло принадлежать только Церкви. После моего сообщения дирекция музея поставила в известность о находке Патриарха Алексия II. Через некоторое время в музей прибыла назначенная Патриархом комиссия в составе секретаря Патриарха епископа Истринского Арсения 1) и епископа Тамбовского Евгения 2) (Саровская пустынь раньше находилась в пределах Тамбовской епархии). На основании детального освидетельствования и сравнения его результатов с копиями актов о вскрытии мощей прп. Серафима в 1922 году (эти документы имелись у представителей комиссии) комиссия пришла к единодушному выводу: «Сомнений быть не может. Это действительно мощи св. Серафима Саровского, судьба которых долгие годы была неизвестна».

Каким образом мощи прп. Серафима оказались в Петербурге в Музее истории религии? Точно ответить на этот вопрос пока невозможно: как уже говорилось, никаких документов об этом нет. Представители Церкви и сотрудники музея предполагают, что эти мощи были привезены сюда в 1946 году из Центрального антирелигиозного музея в Москве. Однако, в отличие от мощей св. Соловецких угодников, – совершенно тайно, без всякого упоминания в описях. Почему так произошло, сказать трудно; возможно, из-за особого почитания прп. Серафима особенно боялись какой-либо утечки информации о его мощах. В январе 1991 года состоялась торжественная передача Церкви мощей прп. Серафима Саровского – событие, глубоко отозвавшееся в сердцах православных русских верующих.

Однако и на этом история с обретением мощей святых под сводами Казанского собора не закончилась. Через некоторое время инженерной группой, обследовавшей состояние перекрытий, были найдены еще одни, на этот раз закопанные мощи. Инженерам об этом сообщила дочь рабочего музея, который закопал их здесь в 1960-х годах, когда во время эпидемии по приказу коменданта музея их куда-то убрали. На этот раз о находке сообщили сначала в епархию, а потом – в дирекцию музея. Мощи, о которых тоже никаких упоминаний в музейных описях не было, решили перевезти сначала в алтарь Спасо-Преображенского собора в Петербурге. В присутствии большой комиссии мы развернули ткань, в которую было плотно упаковано тело, и перед нами предстали нетленные мощи. После долгой работы церковная комиссия пришла к выводу, что это мощи свт. Иоасафа Белгородского. Я предполагаю, что эти мощи также попали в музей из ЦАМа. Для этого имеется ряд косвенных доказательств.

Не знаю, завершилась ли на этом история обретения мощей в Казанском соборе. Некоторые верующие обращались ко мне и говорили, что, возможно, здесь находятся мощи прп. Александра Свирского. Так это или не так, я не знаю, документов об этом в музее нет 3). Пути Господни неисповедимы, но я уверен, что когда-нибудь мощи всех святых угодников вновь возвратятся к православным верующим.

С. Н. ПАВЛОВ
научн. сотр. Гос. музея
истории религии.

Впервые опубликовано в «Северодвинском православном вестнике «Училище благочестия» (1994. № 1. С. 26–27), затем в сокращенном варианте в Соловецком календаре за 1996 г., с. 106.

Примечания

1) Ныне архиепископ – прим. Н. и Е. Андрущенко.

2) Евгений (Ждан), архиепископ Нижегородский и Арзамасский, управляющий Тамбовской и Мичуринской епархией, скончался 11 октября 2002 г. – прим. Н. и Е. Андрущенко.

3) Мощи прп. Александра Свирского были обретены в 1998 г. в Военно-Медицинской Академии Санкт-Петербурга – прим. Н. и Е. Андрущенко.

Материалы по данной теме:

Дополнительные материалы: